Архетипы в русских сказках - Патрушева Светлана

Если говорить про сказку «Мальчик с пальчик» кратко, то это история про ту часть старухи, которая ожила и начала действовать во благо старику и старухе, при этом разрушая всё остальное. Эта часть участвовала и в похищении быков, и в убийстве волка, и в обмане барина, которому была продана. Здесь идея «продать сына» сама по себе говорит о том, что это часть отделяемая.

Сказка завершается тем, что «схватил старик дубинку, старуха другую и давай бить волка, тут его и порешили, сняли кожу да сынку тулуп сделали. Стали они жить-поживать, век доживать». Век доживать, век коротать. «Добра наживать» в сказке не сказано. Все действия мальчика, старухи, старика и всех героев, это описание обыденной реальности, в которой в основном люди существуют.

Эта сказка, на мой взгляд, не про исцелённую душу, не про состояние целостности, а наоборот, про то, к чему может привести состояние внутреннего конфликта и разделения. При этом, с точки зрения социальной, у старика со старухой осталась тысяча рублей от продажи сына, а вот барин остался обманутым, с карманом, в который Мальчик с пальчик ему напаскудил и дыру прогрыз.

Воры здесь вроде бы не в обиде на мальчика, но сама идея суеты, ощущения неприкаянного духа, смерти волка, который нечаянно проглотил этого мальчика и тот «вылез из волчьего брюха задом, схватил волка за хвост и закричал: «Бейте волка, бейте серого!».

Эта сказка о том, что порождение наших эмоций, способность громко кричать, прятаться может привести к исполнению каких-то желаний, но желания какие-то все мелкие, в основном решающие быт, использующие других. Сказка «Мальчик с пальчик» для меня про умение видеть целое, возвращаться к целому, это пример разделённости и использования. Важно помнить о том, что функция «старик и старуха» — это род, отделение от старухи — это вынесение за границы собственной целостности какой-то эмоциональной части, которая будет использовать, хитрить, обманывать, разрушать.

В итоге просто «век доживать», добра-то то особого не принесли такие действия. Не скажу, что это слишком деструктивная сказка, тем не менее она не вызывает желания рассказывать её клиентам. Но в принципе можно её применять в качестве иллюстрации к тому, как ведёт себя человек, как ведёт себя та его часть, которой он не замечает, игнорирует, которая от него отделилась. Как она может манипулировать другими, чтобы извлекать для себя выгоду.

ЧУДЕСНАЯ РУБАШКА

Начинай с вопросов, с которых важно начинать знакомиться со сказкой.

Что за функция у героя?

Что он делает?

Как это связано с внутренними состояниями?

Как это отражается на поиске собственной целостности?

«В некотором царстве жил богатый купец. Помер купец, оставил трёх сыновей на возрасте. Старшие два каждый день ходили охотничать. В одно время выпросили они у матери младшего брата Ивана на охоту, завели его в дремучий лес, оставили там, чтобы все отцовское имение разделить между собой на две части, а Ивана лишить наследства».

Сказка начинается с внутреннего конфликта, когда умирает старый отец. Это говорит о том, что внутри человека уже не работают прежние защитные родовые системы. Два старших сына, которые в сказках всегда более активные, более успешные, умеют охотиться, более умные, более богатые, но у них есть предубеждение против младшего сына.

Младший сын во внутреннем мире это «внутренний ребёнок», та часть души, про которую за внешними успехами и достижениями, правилами и нормами всегда стремятся забыть, лишить его наследства. Старшие братья так и сделали, оставили младшего в лесу, то есть вытолкали его в область бессознательного, непризнанного, как это часто бывает с людьми. Когда мы начинаем самоисследование, всегда находится какая-то часть, которой мы пренебрегаем. Это происходит с социального одобрения старших в роду и социального одобрения тех внутренних сценариев, которые говорят: «Слушай, ну что ты как маленький дурачок, надо взрослым быть, давай выходи отсюда». Тем не менее, именно эта часть в нас оживает, когда мы смотрим на прекрасную природу, когда мы наслаждаемся, когда мы контактируем, когда мы эмоционально идем на поводу каких-то своих желаний, намерений.

«Иван купеческий сын долгое время бродил по лесу, питаясь ягодами да кореньями, наконец, выбрался на прекрасную равнину и на той равнине увидал дом». Это внутренняя эмоциональная, душевная часть увидела, дом, строение. Контакт с чем-то непознанным внутри себя происходит именно через внутреннюю эмоциональность. В этот дом прилетают орел, сокол и ворон и предлагают выйти тайному гостю со словами: «Коли ты старый старичок — будешь нам родной батюшка, коли добрый молодец — будешь родной братец, коли ты старушка — будешь мать родная, а коли красная девица — назовём тебя родной сестрицею». Всё это не говорится в сказках просто так, это вызов на побратание, вызов на принятие своего.

Это происходит, потому что главный герой, эмоциональная внутренняя часть, вкусила пищу с их столов. Он вкусил пищу этой дикой природной среды, этой тайны. Есть очень старый обычай, особенно это хорошо заметно на Востоке, когда ты приходишь в дом, если ты не ешь пищу, которую тебе предлагают, то ты враг. Если ты друг, то ты обязательно должен что-то попробовать из пищи тех людей, в дом которых ты вошёл. Иван купеческий сын, попробовав пищу сокола, ворона и орла, тем самым объявил о том, что он пришел с добрыми намерениями, а раз так, они тоже готовы с ним побрататься.

После того, как он «вышел из-за двери, они его ласково приняли и назвали своим братцем». И дальше была просьба о службе. В сказках часто бывают моменты «сослужи мне службу, но куда-то не заходи». Орел ему отдал ключи, «позволил везде ходить, на всё смотреть, только одного ключа, что на стене висел, брать не велел». Здесь речь идет о тайне, о запрете, который обязательно должен быть нарушен. С точки зрения эмоциональной части это вызов идти туда, где ты можешь сложить голову, где может быть опасность. Но без попадания в трудные условия, если не было какой-то травмирующей ситуации, негативного опыта, человек не будет понимать разницу между хорошим отношением и плохим. Тайна, это всегда зов природы, зов бессознательного. Этот вызов нужно принять, и пойти куда нельзя, хотя бы для того, чтобы эти границы можно было подвинуть.

«Иван купеческий сын ходил однажды по двору и усмотрел в земле дверь за крепким замком, захотелось туда заглянуть, стал ключи пробовать — ни один не подходит, побежал в комнаты, снял со стены запретный ключ, отпер замок и отворил дверь. В подземелье богатырский конь стоит — во всем убранстве, по обеим сторонам седла две сумки привешены: в одной — золото, в другой самоцветные камни. Начал он коня гладить, богатырский конь ударил его копытом в грудь и вышиб из подземелья на целую сажень».

То, что под землей, в нижних мирах — это про энергию, силу, страсть, это про жизнь в принципе. Эмоциональная часть находит этот ключ, идет против запрета, встречает богатырского коня, но пока не может справиться с силой, которая её влечет. Конь вышибает Ивана купеческого сына из подземелья наверх, возвращает его обратно, и он лежит без сознания до того момента, пока не прилетают орел, сокол и ворон.

Если мы говорим про психологическую интерпретацию, то когда мы сталкиваемся с тем, что нам очень нравится, но наш внутренний объём ещё не наполнен, всегда есть шанс об это пораниться. И тогда опыт нарастает постепенно. На следующий год Иван тоже служил службу, и нашёл второго коня, тоже с золотом и с самоцветными камнями и была та же самая история. Он беспробудно проспал столько же времени, сколько и прежде, т.е. его сила увеличилась как минимум в два раза с тем опытом, который он получил от взаимодействия с талантом, с потенциалом, силой, которая оставалась пока за пределами видимого, в мире бессознательного.